Вадим Авва

Работает, блядь! Глава XXVIII

boy

«Мы резвимся на лугу, кони, пьяные в дугу» Русский фольклор.

Ох-ах-ахренеть! – выдохнул кто-то за спиной Эдика.

Он и сам прифигел. Вся электроника, попавшая в зону действия луча Мeduzы, оплавилась, как забытый в микроволновке бутерброд с сыром, и представляла из себя… Да ничего она из себя не представляла! Мусор. Будущую головную боль «зелёных» сил всего мира.

— Блядь! Кто забыл генерала в бункере? – вопрос был риторическим.

Генерал пошёл в бункер сам. Он был не из тех людей, кого можно где-либо забыть. Его и остановить-то было достаточно трудно. Но проблема вырисовывалась серьёзная. Конкретная. Как сдвинуть многотонную дверь, если все внутренние системы управления – разумеется, электронные – выведены из строя? И связаться нельзя, потому что телефон генерала, как и мобилы прочих, задетые импульсом Мeduzы, тоже превратились в ненужный мусор.

Пока суетились, решали, бегали, созванивались, штатский пожал руку Эдику, профессору. Со значением и уважением заглянул в глаза каждого, словно пытаясь разгадать непостижимый секрет: как в мозгу у таких яйцеголовых в результате потребления весьма простых продуктов – кильки в томате, яиц, водки, бекона и батона, то есть на абсолютно ровном месте – рождается Бог знает что?! Но так и не разгадал тайну, а потому пошёл в стоявший поодаль вертолёт и с кем-то долго переговаривался по спецсвязи.

Через сорок минут с другой стороны полигона к нему подошёл замурованный заживо, как считали, генерал. Или его 3D-проекция – сейчас Эдик не удивился бы ничему. Они переговорили какое-то время между собой. А потом генерал тоже кому-то звонил и долго отвечал на чьи-то вопросы.

— Ну, что, поздравляю, боец! Удивил. И Вам, профессор! – генерал выглядел неплохо, захлёбывался и был переполнен чувствами. – Вы даже не представляете – сколько жизней спасли! Ребята, не пред-став-ля-е-те, – это слово ему хотелось чеканить, как шаг, и длить вечно.

— Как Вы выбрались, милейший? – помог профессор, резко сменив тему панегирика.

— Ну как? – усмехнулся генерал. – Старая постройка, прошлый век. Запасные ходы-выходы, системы дублирования – на мышечной тяге… А всё остальное – умерло. Как и предполагалось. Никогда не видел ничего подобного, чтобы экранирование полетело к чертям, словно и не было. Секунда – и пипец фейсбукам. Как Вы это провернули?

Германия не нравилась Консультанту. Он был не в восторге от неё. Впрочем, как и от всей старой Европы. Латинос и прочая Южная манили больше. А здесь – континент, державшийся, нет, цеплявшийся за традиции одной рукой, а второй их отметавший. Идиотские запреты на установку рождественских елей, указания, как именовать родителей, чтобы без пап и мам, без половых различий; и тут же – запреты на ношение хиджабов в гимназиях. Полное раздвоение сознания, схожее с раком головного мозга. Вечное «хочется и колется»…

Но более всего заводило то, что здесь нельзя безнаказанно входить в кабинеты и эффективно решать вопросы в привычном ключе: немного боли, немного крови – и люди начинают работать не за страх, а за совесть… М-да… Идиотская фраза. Конечно, за страх. Но потому и на совесть. Доверяй, но проверяй. Дедушка Рейган был прав, хоть по натуре – англосаксонский лев. Но ведь паром – не Германия, правда? Какой над ним флаг?

следующаяпредыдущая

Добавить комментарий

comments