Вадим Авва

Бывают дни, когда размочишь мякиш… Глава XX

«В воздухе висели деньги. Их становилось всё больше, и скоро дышать стало совершенно нечем»

Из индейской сказки.

Консультанта бесили – страна, климат, туземцы, шеф, дроны, туман… Белое молоко, блядь! Белое молоко – это всё, что он видел в кадре. Он ненавидел молоко с детства. Куда помчалась эта грёбаная группа захвата – местные морские полукотики, полулесники, полулешие? На хрена ему сдался труп почтальона? Их посылали за почтальоном? Что значит – «они там будут ждать приезда полиции»? Полтора часа?!! Они доставляют полицейских с Луны в челноках Филона Таска? Ах, из-за бюджетных сокращений ближайший участок находится в 100 километрах?!

— Так киньте это чёртово тело и дуру-старуху! Она никчёмна, а тело не убежит. Трупы, милочка, знаете ли, не умеют бегать. Они, понимаете ли, теряют способность передвигаться и разлагаются исключительно внутрь себя. Поставьте караульного. Вы боитесь, что убийца может вернуться и напасть? Ах, он исключительно нагл… Тогда поставьте ещё одного караульного для караульного, а сами – марш прочёсывать лес. Мне нужен компьютер! Он представляет невероятную стратегическую ценность в грядущей войне, ясно, дура? Консультант не был уверен: он сказал «дура» вслух или про себя?

Впрочем, большой разницы не было. Так или иначе – она была дурой, а её английский – отвратительным, с грубым славянским акцентом. Фак, что за дерьмо?! Почему местные часто говорят на английском с этим грубым русским акцентом? Они все – шпионы? Но главное – Консультанта бесил пришедший запрос. Внезапное требование протокола 1А, что означало необходимость самым срочным образом явиться в штаб-квартиру, где предстать пред светлыя очi патрона. В противном случае протокол 1А требовал немедленного прекращения финансирования всех курируемых Консультантом проектов, блокировки карточек, увольнения без выходного пособия, чёрной метки при дальнейшем трудоустройстве и далее, далее, далее… вплоть до физической ликвидации сотрудника. О чём, разумеется, вслух не говорилось, но Консультант знал. Мессенджер пискнул: самолёт будет ждать Консультанта в местном аэропорту в течение получаса. День потерян.

По видео он набрал министра. Тот излучал тошнотворную любезность. Явно нашкодил. Где же? Ладно, скоро выясним. Министр, транслируя непокобелимую и непоколебимую уверенность в успехе, заверил, что лично держит руку на пульсе операции «Беглец».

Гарантии и личный контроль министра очень напрягали. Обычно они шли рука об руку с грядущим и грандиозным провалом дела, который этот ушлёпок попытается выдать за победу. Но выбора в данную секунду не было. В самолёте, взявшем курс на Берн, Консультант пытался разгадать причину внезапного вызова.

Люди, по его мнению, делились на две категории. На тех, кто верил в Карла Маркса и капитал, то есть в способность «сломать себе голову при пятидесяти процентах прибыли, попрать все человеческие законы при ста и пойти на любое, вплоть до виселицы, преступление ради трёхсот процентов»*. И на тех, кто верил в Бога и заповеди. Обе категории стремительно перетекали одна в другую, в зависимости от сиюминутной выгоды и раскладов.

Но суть состояла в том, что все они – кроме святых, которых, как известно, сжигают, распинают или удавливают – на деле верят исключительно в Карла Маркса и Тельца. Почему? Да потому что, блядь, белая кожа и натуральное дерево в его самолёте Cessna – прекрасны!!!

Впрочем, для кого-то прекрасна и халявная бутылка дешёвого пива. Зависит от масштаба личности. А значит, этим нужно пользоваться. И вопрос заключался в том, какую бутылку пива он должен положить на стол шефа, чтобы тот заткнулся. Только в этом. Ибо, понимаете ли, коллега, дружба в двадцать первом веке, в отличие от двадцатого, не просто допускает предательство, но обязывает к нему. Когда воздушное судно совершило посадку, Консультант обронил пилоту:

— Запросите разрешение на полёт, Крис. Уверен, буду обратно через три, максимум, четыре часа.

*Карл Маркс, «Капитал», вольное изложение

Местами идти приходилось по пояс в жиже. Антон постарался, чтобы Максим воспринял происходящее как игру и поход. И тому даже понравилось. Также стало ясно – откуда у хозяйки этот пунктир на карте. Привет, лесные братья! Если б знали вы, что через 75 лет ваша сокровенная тайна поможет сыну коммуниста бежать! Как спится теперь?..

Болото задерживало движение, сбивало дыхание. Зато оберегало от засек добровольных стражей земли, проще говоря, земессаргов. Тот выстрел – точно сигнал охоты, которая потом, так ему показалось, потеряв след в тумане, захлебнулась. К обеду добрели до заросшего островка в середине болота. Туман почти рассеялся, и появились дроны, но здесь можно было переждать, спрятаться, отдохнуть.

Серж не любил шефа, и тот питал к нему взаимное острое чувство. Шеф был стар и готовился к пенсии. Сама мысль о том, что прощелыга и вор Консультант, по всей вероятности, займёт его место, невероятно раздражала. Парочка закружила вокруг стола, словно ястребы, набирающие высоту, чтобы сбросить противника вниз при первой возможности. А на столе были разбросаны те самые, фотографии, отправленные бюро министра из Ризги. Серж с главой ОПГ Каритоном. Серж с блядями. Бляди с Сержем. Серж пересчитывает наличные. Дорожки. Не кривые, сказочные, а белые, из снега, который не тает при комнатной температуре.

— Потрудитесь, любезный, объяснить: что, чёрт возьми, всё это значит?

— И не собираюсь, любезный. Компания ведёт разработки не в белых перчатках, что Вы знаете, не хуже меня. Так зачем строить из себя целку? Я разрабатываю секретную операцию, название которой не могу, не хочу и не собираюсь Вам сообщать. Эту операцию курирует СЕО* фирмы и наши друзья в Лэнгли. Поинтересуйтесь у них. А также проверьте свои пенсионные накопления. Они, уверен, пригодятся в ближайшем будущем! — Серж шёл напролом и не собирался уступать ни на йоту.

— Ах, так? Вы думаете, я сейчас побегу, как мальчишка, выяснять только что выдуманную хрень про спецоперацию? Сдайте спецпропуск в компанию. Все Ваши полномочия, счета, кредитные карты блокируются.

Ладно, сам напросился.

Консультант быстро подошёл к шефу, вынул их кармана шприц и мгновенно, сняв предохранительный колпачок, вонзил иглу в руку патрона. Тот отдёрнул руку и рефлекторно сунул уколотое место в рот.

— Что это?! Что Вы себе позволяете?! Какого…

Захрипел и упал на пол. Серж подошёл к телу: босс был уже без сознания. Тяжело, прерывисто дышал. Поднял его безвольную руку. След от укола не просматривался, а от зубов – да. Проверил карманы. Выудил пару флешек. Аккуратно собрал со стола фотографии. Стёр из почты ставшее ненужным письмо. Взглянул на адрес отправителя. Впрочем, это было излишним, ибо адресата Серж вычислил сразу. После чего распахнул дверь в секретарскую:

— Барбара, немедленно вызовите врачей! Даниэлю плохо. Думаю, сердечный приступ.

В течение пяти минут Консультант добросовестно делал искусственное дыхание умершему и даже слегка вспотел, а потом передал эстафету дежурной бригаде медиков. Сообщил Барбаре, что по поручению шефа, которое тот успел ему дать перед приступом, срочно вылетает обратно в Ризгу, где дела и интересы Zeiss требуют его физического присутствия.

*CEO — Chief Executive Officer, аббревиатура. То есть — главный исполнительный директор.

Пока Европа интернировала русских, Эдька пил. В общем, он тоже должен был стать физиком. Как Юра. На деле и стал им. Просто на физику не прожить. Из курса только двое остались в профессии. Кирилл, в начале нулевых всё-таки уехал в Штаты. Второй, Игорь, вроде бы остался в стране, но следы его терялись на просторах Сибири. Остальные, в том числе Эдька, занимались валютными операциями, игрой на бирже, а когда всё стало сходить на нет – вечным: из безнала в нал. Миллиардером не стал. Не было ни азарта, ни амбиций. А к середине, к сороковым штормовым, стала подкрадываться тоска. Да-да, тоска в форме очень сильного извращения – тоска по физике, по чему-то настоящему, утраченному, что мог и на что был способен только он, но от чего сам же и отказался. И Эдька пил.

Не вгорькую. С утра – рюмочку-другую, и поддерживал градус на протяжении дня. Шли годы. Конечно, были дни, когда Эдька пил больше и когда меньше. Но не было таких, чтобы не пил. После того, как Юра показал им «Спиридона», Эдик летал на крыльях. Его распирало счастье за друга. А потом мало-помалу, как часто бывает (что там часто – всегда), эта радость просочилась сквозь жизненный пол.

Но это было странное растворение. Несмотря на веселие и питие Эдька таки был физиком. И что-то в памяти осталось. И в этом «что-то» и стала крутиться Юркина формула управления Вселенной. В которой, померещилось Эдику, что-то было не так, не склеивалось. И это «что-то» крутилось и крутилось, пока из формулы не выпал один элемент, как лишний, и стал требоваться на его место другой. Эдька не мог ни спать, ни работать, ни даже пить, как следует.

Уехал на дачу, которую строил в ближнем Подмосковье, уже как десять лет. Дача – условное название. Это был домина. Средневековый замок в окружении сосен, который нужно было-таки достроить и продать, как страшный сон. Услал то ли сторожа, то ли строителя таджика, который прижился на территории почти с начала строительства, за алкоголем – и через десять дней добровольной ссылки увидел решение. Оно поразило его. Камера для трансформаций была не нужна. Сканировать объекты оказалось лишним, если… Вся штука крылась в этом «если» в неизвестной переменной, которая должна стоять на этом месте уравнения. Должна. Но пока не стоит…

«Не было ни Большого взрыва, ни Маленького, ни даже Среднего, — понял Юра. — Был Свет. Свет – единственная сила, объединяющая вселенные. Свет проходит множество миров, существующих параллельно, как комнаты многоквартирного дома. И только он пронизывает, питает, оживляет их. Остывающий или усталый, свет становится веществом. Перестаёт быть волной. Частицы прежнего света – падшие Ангелы – переходят в материю, материя рождает гравитацию – почву, на которую опять падает свет, изменяя её. Свет несёт жизнь, а становясь нестерпимо ярким и обжигающим – смерть. И миры в разделённых комнатах и разных подъездах – странные, непостижимые, связанные лишь единым светом – рождаются, погибают, застывают, превращаясь в сон. А потом сон, как лёгкая вуаль, невидимый развоплощённый газ, снова превращается в свет, обретая дух.»

Юра увидел, как он, разодранный котом окровавленный ворон, падает, трансформируясь в человеческое тело, на кровать в собственной комнате. Как тело выносят на носилках. Он видит его со стороны. Паря над. Как в палате диагностируют приступ аппендицита, везут в операционную, где он съеживается, изменяясь в ворона, и под всеобщую суматоху вылетает в коридор и дальше, в форточку – теряя или решая в теле ворона проблему с аппендицитом. Как Серж, взбешённый донельзя, орёт на растерянного главврача.

И тут замечает Антошку, в руках которого находился свёрток. Юре не нужно гадать – что внутри.

К полудню дроны перестали летать. Антон не умел разбираться в людях. Точнее, всегда, когда сознательно шёл на внутренний компромисс в отношениях, выходило или полное говно, или сутулое, но тоже говнище. А вот ситуации, мизансцены, раскадровку грядущих событий иногда – если сосредоточиться и прислушаться к себе – видел. Перекусили, чем Бог послал. И Антон понял: дронов больше не будет. Почему – не знал. Но появилась внутренняя уверенность, которую трудно с чем-либо спутать: сегодня дронов не будет.

Гон земессаргов по следам выстрела с одной стороны упёрся в Екермское болото, с другой – в контрольный пункт на старовенденбаумском и виндендорфском шоссе. У Зане не было достаточного количества людей, чтобы осмотреть каждый кустик. Жиденькая цепь растягивалась, и они, конечно, могли проглядеть и пропустить беглецов. Специальная группа служебных кинологов, заказанная в Министерстве обороны, оказалась обычной фикцией и существовала на бумаге. Один пёс сбежал, из двух оставшихся Рудольф был удивительно стар для служебной собаки, отказывался брать след и норовил полежать на солнце. Жизнерадостный Боня, в свою очередь, был то ли напрочь испорчен, то ли, напротив, натаскан исключительно на поиск наркотиков, которых ни на хуторе старухи, ни в карманах вояк, ни у Антона с Максимом не оказалось. Ничто другое Боню не интересовало, и пёс весело лаял.

Зане решила свернуть операцию. Тем более, что инициатор погони срочно отбыл из Галии, не оставив точных инструкций на случай фиаско. Камеры дронов после того, как туман рассеялся, передавали исключительно нетронутую природу, и от такого «дискавери» становилось тошно.

Твиты, Фейсбук, сообщения информагентств.

  • «Авианосец ударной группы ВМС США сел на мель в Зундском проливе. Командование сил НАТО следит за спасательной операцией и прилагает необходимые усилия для устранения инцидента», – заявил контр-адмирал Джозеф Страк.

  • «Саудовская Аравия, вслед за Индонезией, Катаром, Ботсваной и Новой Зеландией признала биткоины…» — сообщила пресс-служба Министерства финансов королевства. Сообщение будет дополнено.

  • Израиль заявил о приостановлении дипломатических отношений с США и закрытии посольства в Иерусалиме.

  • В гетто пропал мэр Кушаков. На поиски бывшего мэра брошены дополнительные силы полиции и Земессардзе. Представитель Бюро по защите Конституции от русских и прочих нежелательных элементов Патрик Лиепиньш-Кюзе не исключил, что Кушаков попытается возглавить сопротивление властям.

  • Саудовская Аравия рекомендовала партнёрам, другим странам ОПЕК при расчётах за нефть заменить доллар США другими валютами.

  • МО РФ на неопределённый срок отключило канал связи с Пентагоном.

  • Галыши всего мира собираются на Праздник песни. Более 110 000 зрителей и участников споют в день открытия гимн «Тевс свети Галию, свети йел то*». На торжественную церемонию открытия приглашены сотрудники Книги Гиннесса, чтобы зарегистрировать мировой рекорд. С официальным приветствием к собравшимся от имени Президента, Сената и Конгресса США к собравшимся обратится третий заместитель четвёртого заместителя министра финансов США достопочтенный д-р Брамс.

* «Отец, храни Галию, храни и жалей, ибо что ещё можно делать с ней?» – перевод с галийского.

  • Продолжается изъятие русской собственности в государственный бюджет. Каждый гражданин титульный национальности, сообщивший по Телефону доверия об имуществе, которое можно признать русским, теперь претендует на одну десятую часть после его реализации. «Это прекрасно!» так прокомментировал решение один из членов правящей коалиции, не пожелавший… Чего именно не пожелал член коалиции, в данный момент уточняют журналисты агентства.

  • Шотландский миллиардер Мак Дэс-Монд-Дот подал иск о возвращении изъятого государством в собственность пакета акций Банка Гриетуму. Он утверждает, что прежние владельцы контрольного пакета, семьи галийских миллионеров Слесаренко и Пустыркина, отписали ему контрольный пакет накануне известных событий. Представитель Минфина — двоюродный брат и полный тёзка представителя бюро по защите Конституции, тоже Патрик Лиепиньш-Кюзе — отказался комментировать это сообщение.

  • Лиене У разместила в своем профиле Инстаграм фотографию в стиле ню. Первую в этом месяце. Она собрала рекордное количество лайков и стала лидером в галийском сегменте социальной сети.

  • Адмирал Пуриньш отдал приказ направить все находящиеся в его распоряжении силы в Зундский пролив для участия в спасательной операции по снятию с мели авианосца и самолично отплыл на катере, чтобы влиться в штаб спасательной операции.

  • следующаяпредыдущая

Добавить комментарий

comments